Версия сайта для слабовидящих
Версия для слабовидящих
Размер шрифта:
A A A
Цветовая схема:
A A A
Изображения:

След на земле. Кравчук А.П.

14 сентября 2013 - Гаврилова Н.П.

 

                                                     След на земле

                              Памяти Кравчука Анатолия Павловича.

10  сентября этого года исполнилось девять лет со дня ухода из жизни этого замечательного человека, художника… Его многие   любили и почитали при жизни…

К 70-летию со дня рождения Анатолия Павловича  (1940-2004) вышла в свет  книга «След на земле», в которую вошли воспоминания, фотодокументы о художнике. Творчески, вдохновенно, с любовью,  я бы сказала, создавали эту книгу: Людмила  Волобуева (редактор-составитель), друзья художника:  Михаил Емельяненко, Геннадий Волобуев,  Владимир Калькаев, Валерий Кудринский (заслуженный художник России), Валентина Осташкина (председатель Совета ветеранов ГРЭС-2). Я выступила автором данного  проекта.

Сегодня  познакомлю Вас с некоторыми материалами из этой книги. Это прекрасные, тёплые  воспоминания друзей, художников, работников станции, музейщиков...

    Г.Т.  Волобуев

                                                                                             « АНАТОЛИЙ   КРАВЧУК – ХУДОЖНИК  И  ЛЕТОПИСЕЦ»

«… Очертания города чуть заметно колебались, словно призрачный образ за большим матовым стеклом. Мороз тогда был настолько сильный, что водитель горкома комсомола отказался везти нас в Красноярск, где проходило заседание выставочного комитета. Пропустить мы его не могли, ведь Анатолию Павловичу Кравчуку предстояло первое в жизни участие в краевой художественной выставке. Он подготовил на суд свои работы, которые видели свет только в нашем городе. Выручил водитель такси, ветеран войны А.М. Яковлев, который сразу же с гордостью заявил, что для него такой мороз – «семечки». «Случалось и покрепче…». И вот, через застоявшуюся белую дымку, положившись на Максимыча, мы отправились в Красноярск.

Так началось творческое путешествие Анатолия Павловича по большим ответственным выставкам края, сибирского региона страны. Если заглянуть в его каталоги, то можно найти города: Лесосибирск, Барнуал, Омск, Ленинград, Баку, Москву и другие. Чтобы оценить этот факт, надо знать, какой жесткий отбор, порой двойной и тройной, идёт на выставках, каково соперничество художников, их уровень. Нужно добавить, что за участие в выставках борются преподаватели художественных училищ, титулованные мастера, а, порой, просто бойкие пробивные люди…

Выставочный зал Дома художников на улице Сурикова полон людей. Заметно их волнение, видны напряженные изучающие глаза, надежда -  на удачу. Знакомое явление, как на экзаменах…  Но это экзамен более строгий. Здесь проходят испытание не только знания, а умение, позиция, оценивается, наконец, твой труд, право на творчество.

Звучит вопрос председателя выставочного комитета: «Есть предложения?» (И жизнь на мгновение останавливается…)

Все поглощены работой. Тишина, будто после нырка в воду… чуть задержавшее молчание членов выставкома означает похоронную паузу… После неё – следующий художник. Показушно,  бодро, но с дрожью в руках, слегка суетясь, расставляет свои работы.

Не помню, чтобы относительно Кравчука не было предложений «Принять!». Это признак таланта, который редко подвержен

… в казармах стройбата, упрятанный среди махровых елей, появился новобранец с Кубани. Военная форма ладно сидела на его крепком мускулистом теле. Каждый мог заметить в нём спортсмена, не случайно сейчас ветераны вспоминают «железного вратаря» - Анатолия Кравчука, который намертво держал и футбольный мяч, и хоккейную шайбу. Следы жестких атак остались на лице до сих пор…

Но мало кто замечал задумчивый внимательный взгляд солдата, который очерчивал силуэты деревьев, изучал отражения в лужицах, «считал облака на небе».

Сегодня имя Анатолия Павловича известно большинству горожан. Его справедливо связывают с тонкими лирическими пейзажами, выполненными в акварели.

Уже на первых городских выставках было замечено, что автор как бы отрывает от души кусочек впечатлений, и оно живёт в своей, какой-то особой среде.

Это состояние природы, заключенное в белую рамку, меня всегда удивляло. Ощущаешь движение воздуха, колебание воды. Пожелтевшие листья деревьев осторожно касаются лица…  Зритель невольно поёжится, увидев студёный северный порт, освежится при виде голубого зеркала байкальской воды.

Его, Анатолия Павловича, никто не может упрекнуть в фотографичности, бесталанном реализме. Его живопись и графика полны поэзии, внутренней взрывной силы, обаяния.

В те самые недалёкие времена, которые мы едко окрестили как застойные…а определённой конъюнктурной тематики. Многие в это трудное для творчества время «ушли» в пейзаж, натюрморт и другие жанры, не связанные прямо с человеком. Тогда чиновники от искусства стали и здесь выискивать нужную идею.

Мы стали свидетелями, когда ремесленная работа одного автора с изображением бесконечной чёрной пашни прошла только потому, что накануне состоялся Пленум по сельскому хозяйству.

И выставком постоянно, как пропуск в спецкультуру, требовал «тематику». Такой пропуск у Анатолия был. Он получил его, даже не подозревая, что тот может иметь значение где-то на выставках. Этим пропуском стала любовь к электростанции, где он работает. Она заняла в его творчестве особое место. Кравчуку удаётся не вероятное. Хитросплетения труб, зданий, огни сварки превращались в лирический пейзаж. Он увидел то, чего мы не могли разглядеть в хаосе холодного бетона и металла…

Я бы не решился взяться за перо и говорить непрофессионально о его творчестве, если бы не одна особенность, важная для каждого из нас – неизменной темой Анатолия Павловича с первых дней стал город. Вот мы просматриваем эскизы времён армейской службы – здесь воинские казармы. От которых сегодня не осталось и следа. Вот первые постройки в городе, одноэтажные улицы. Вот узнаваемые, любимые уголки, что-то далёкое они напоминают нам. Это уже история.

А вот и новостройки. Вернее, их художественный образ, впечатление современника. Завтра это тоже станет историей, иллюстрацией к летописи.

Наш город – сквозная неизменная тема художника. Он его видит по-своему. Освобождает от всего второстепенного. Молодость, красота, архитектурная  цельность, его единство с природой…

С ним сливается образ реки и разное время года. На одном полотне она, как невеста, одетая в белое платье, когда льда коснулось весеннее солнце. А вот ледоход, его неукротимая сила, сокрушающие выбросы белых глыб на берег. А здесь лето, вечерняя заря, спокойствие и величавость. Неужели всё это есть на самом деле?

Порой, в суетности будней, месяцами не выходим на берег, забываем, что красота рядом… Анатолий Павлович возвращает наше сознание к природе, скромно и даже застенчиво подсказывает: любите, берегите её…

Непросто складывалась творческая судьба. Не только престижным моментом, но справедливой оценкой его труда могло стать вступление в Союз художников. Титулованным больше внимания творческих организаций, есть правовая основа для большей помощи в городе. А если просто талант, без званий? Ему труднее. Но он всё равно пробивает себе дорогу.

Творческие командировки на Байкал и по Енисею, на Саяно-Шушенскую ГЭС и в Москву – это тоже признание и помощь художнику. Выставки, выставки. Только в городе их было больше тридцати. А годы не ждут. Уже внучат двое. Но всё та же скромность, ненавязчивость, целеустремлённость. От всех невзгод Анатолий уходит в творчество. Его любимые слова: «Надо работать».

Жалко, что мы с вами, горожане, ради кого он все это делает, часто не хотим замечать, нас иногда это просто не интересует, мы полны своих забот. Потому и мало нас и наших детей на выставках, потому изредка заглянув туда, мы, порой. Без внимания, чуть повернув голову в сторону работ.

И если художнику Анатолию Кравчуку удался прорыв в прекрасное, то ему ещё надо иметь надежду, что он проникнет в наши души. А это гораздо труднее…».

 

 

 

 

 

                              Н. П. Гаврилова «Глазами художника»

   « Когда произносится имя художника, в памяти сразу возникает лицо  Анатолия   Павловича, которое как всегда озаряет   несколько застенчивая улыбка, а в слегка прищуренных, добрых  глазах  видна  «новая задумка». Вспоминаешь творческую личность, которая  оставила достойный след  в истории нашего города и КГРЭС-2.

    Не раз приходилось бывать на станции, и  меня   всегда удивляло  большое количество размещенных там картин художника. Они всюду: в уютных кабинетах специалистов, конференц-зале, соединительном коридоре и даже в основном цехе – КТЦ. И знаете, кажется, что живописные полотна прекрасно  сочетаются с серьезным производственным интерьером.

Глазами художника мы видим, как строилась станция, ветераном которой являлся  Анатолий Павлович. Глазами художника можно проследить и многие этапы строительства города: его новостройки, окрестности, выразительные архитектурные объекты. Картины привлекают   внимание не только по причине документальной узнаваемости родных мест, но и  удивительной атмосферой искренности и  задушевности художника. Это спокойный и  внимательный взгляд на мир. 

    Анатолий Павлович без пафоса был настоящим патриотом города и станции.

    В 1996 году,  к 40-летию Зеленогорска,  подарил музею истории 40 работ из серии «Город строится». Сегодня эти работы хранятся в МУК «МВЦ». В этом же году по ходатайству коллектива КГРЭС-2 и общественности  Анатолию  Павловичу было присвоено звание «Почетный гражданин города Зеленогорска» (решение горсовета от 25.06.1996).

      В  конце 90-х гг. у художника начался творческий подъем: он принимает активное участие в городских, краевых, зональных и Всесоюзных выставках.

    Признания  Анатолия Павловича выразилось и в оценке его творчества: нагрудный знак Министерства культуры «За достижения в культуре», Почетная грамота – за достойный вклад в области культуры; его принимают в Союз художников РФ. В 2004 году четыре работы А.Кравчука были переданы в представительство Президента РФ в Санкт-Петербург.

 Художник  много путешествовал по краю, побывал на Байкале, съездил за границу. Свои эмоции и настроение художественно передавал в своих работах.

    Главными жизненными критериями, на мой взгляд, у Анатолия Павловича были: семья, творчество и дружба. За 43 года, что он прожил    в нашем городе,  он ни разу не изменил  профессии, любил близких: жену ангела-хранителя Нину Ефимовну, дочерей Татьяну и Светлану, внука, зятя… и всегда очень дорожил своими друзьями.

     Анатолий Павлович ушёл из жизни так  неожиданно для всех…Были новые творческие планы;  как всегда, делился впечатлениями о последнем туристическом походе, рассказывал о новой мастерской на улице  Ленина;   дарил картины, музею подарил даже   свою «знаменитую» этажерку… Он так любил жизнь... Но осталось творчество, такое живое и разноплановое, которое живет с нами; осталась живописная пейзажная летопись жизни города и станции…Сегодня  мы всматриваемся в  полотна художника, и душа наполняется поэзией и красотой…».

                         М.В. Коротюк  « Градообразующий  художник»

Михаил Емельяненко, работающий сейчас на Красноярской ГРЭС-2 в должности старшего инспектора по охране труда, познакомился с Анатолием Кравчуком ещё в 60-е.

- Нас объединяли молодость и спорт, - вспоминает Михаил Сергеевич. – Я занимался футболом, а он – футболом и хоккеем. Тогда было на предприятиях распространено понятие «подснежник». В штатном расписании станции не был предусмотрен художник-оформитель, тогда как в его услугах предприятие нуждалось. Идеологические отделы партии требовали наглядной агитации на территории предприятия, нужно было оформлять колонны на демонстрации, и много ещё чего требовалось. Вот Анатолий Павлович и делал эту работу, но при этом в штатном расписании значился под разными должностями, тогда же в свободное от основной работы время и на выездных соревнованиях Анатолий Кравчук начал рисовать для себя. Он не расставался с блокнотом, в котором делал зарисовки и наброски. Примечательно, Анатолий никогда не использовал слово «картины». Свои творения он называл просто – работа.

Освоив акварельную технику и написав достаточное количество картин, Анатолий Павлович с 1972 года стал участвовать в ежегодных выставках красноярского Союза художников. Тогда Кравчук стал постепенно входить в круг знаменитых красноярских мастеров, в  который Анатолия Павловича ввёл его наставник Степан Туров. Потом судьба свела художника из закрытого города Ряннелем, Кудринским. Последний, кстати стал его другом до конца жизни. Прочно укрепившись в цехе художников, Анатолий Павлович получил возможность не только выставлять свои работы на крупных художественных выставках, но и стал много ездить на семинары в Подмосковье, на Байкал и в другие точки страны.

Каждая поездка – новый блокнот  с этюдами и зарисовками. Анатолий Павлович не умел давать интервью, и поэтому для незнакомых людей был «книгой за семью печатями». Я спросил у Михаила Сергеевича, о чём художник любил говорить в беседах с друзьями.

- Он много и с увлечением рассказывал о тех местах, где ему посчастливилось побывать. А чаще всего открывал блокнот с зарисовками и проводил экскурсии по этим местам…

В 1980 году Михаил Емельяненко был избран секретарем парткома станции. «Тогда мы по-настоящему сблизились с Анатолием», - заметил Михаил Сергеевич. Неотъемлемой частью партийной работы была наглядная агитация, которой в любые периоды советской истории отводили первые места в вопросе идеологического воспитания. Однажды М. Емельяненко пришла в голову мысль о том, что нужно как-то по-особому украсить актовый зал станции. Он прикинул все возможные варианты и решил украсить стену монументальной репродукцией знаменитой картины «План ГОЭЛРО». На этом полотне Ленин стоит у карты европейской части России и делает доклад о создании в стране Советов единой системы электрификации. Кравчук не любил делать репродукции и брался за них крайне редко. Выслушав просьбу секретаря парткома, художник ничего не сказал, а через некоторое время картина была готова «План ГОЭЛРО» до сих пор висит в актовом зале Красноярской ГРЭС-2. на её фоне фотографировались заслуженные энергетики станции после награждения правительственными орденами, медалями и премиями. Немало труда Анатолий Павлович вложил и в оформление демонстраций. Михаил Емельяненко до сих пор вспоминает, как к 40-летию Победы Анатолий Павлович и ещё четыре работника станции оформили на четырёх автомобилях сюжет обороны советскими солдатами дома Павлова. Ежегодно агитационные работы Кравчука получали высокую оценку идеологического отдела городского комитета КПСС. И всё же многие люди не понимали, а может быть и не хотели понимать, зачем на станции нужен художник-оформитель. Когда на ГРЭС-2 намечалось очередное сокращение штатов, вновь говорили о кандидатуре Кравчука.

Михаил Емельяненко: «Анатолий Павлович не умел давать интервью, и поэтому для незнакомых людей был «книгой за семью печатями».

- Мне приходилось выдерживать этот натиск, - рассказывает Михаил Сергеевич, - но я всегда это скрывал от Анатолия, ведь он был очень ранимым человеком. К счастью я находил поддержку у директора станции Истомина и Анатолия Павловича не трогали.

                            «Он болел за футбол»

Анатолий Кравчук был не просто спортсменом-любителем. Спорту он отдавался так же страстно, как и живописи. Вначале Анатолий Павлович играл за футбольную команду станции «Энергия», защищал честь Красноярска-45 в городской сборной. Он был бессменным вратарём этих команд. О том, что он был именно страстным спортсменом, говорит такой случай. Там, где сейчас городской картодром, было футбольное поле. Кравчук – физически сильный, напористый, - как обычно, защищал ворота. В один из моментов в пылу борьбы Кравчук вышел из ворот и вместе с мячом зажал голову соперника, резко рванул…  Футболист рухнул на землю! Парень после этого атаковать стал с опаской.

На мой вопрос о том за какую футбольную команду болел Анатолий Павлович, мой собеседник ответил лаконично: «Он не выбирал себе команду. Он просто болел за футбол». Старался не пропускать ни одного матча краевых и городских первенств. И незадолго до смерти Анатолий Павлович был на стадионе и смотрел свою любимую игру.

Художник имеет право

Кто знает, как бы сложилась судьба Кравчука-художника, если бы не помощь заместителя главы города Геннадия Волобуева. Усилиями города ему была выделена прекрасная мастерская. В 1996 году инициативная группа выдвинула художника на получение звания «Почётный гражданин города». Звание Анатолий Павлович получил, но и в этом случае пришлось преодолеть определённую инерцию в общественном мнении. «Тогда ведь как думали, - продолжает вспоминать Михаил Сергеевич, -  например, выдвигают на звание заслуженного строителя – это понятно, все одобряют. А художник – что он сделал такого для города…  Мы же доказывали, что Анатолий Павлович имеет полное право получить это звание. В конце концов Анатолий получил это почётное звание».

Несколько лет назад в Красноярске состоялась очередная выставка картин зеленогорского художника. В его адрес было сказано много хороших и добрых слов. Тогда устами мэтров живописи был подтверждён бесспорный постулат о том, что многие художники пытались освоить акварельную технику, но зачастую бросали, потому что слишком уж сложен и специфичен этот жанр. А Анатолий Павлович превратил акварель в дело своей жизни. На той памятной выставке кто-то из художников сказал замечательную фразу: «Кравчук – градообразующий художник». Так и было – строился город, возводились дома и предприятия, и каждый этап, каждая веха строительства нашли своё отражение в многочисленных индустриальных пейзажах Кравчука.

Анатолий Павлович ушёл из жизни, так и не закончив свой автопортрет. Он готовился к встрече своего 65-летия и хотел организовать большую персональную выставку. Но не успел. Что теперь будет с его картинами и с его мастерской – пока неизвестно. Но в одном друзья художника уверены: музей Анатолия Кравчука должен появиться в Зеленогорске. Градообразующий художник не должен быть забытым».

                                                    Татьяна Ломанова  «Признание» 

                                                    (искусствовед города Красноярска)                   

«…На протяжении всего творчества Анатолий Кравчук неизменно работает в излюбленной технике – акварели. Акварель сложна, капризна, приходится только удивляться, что именно этот вид графики с его свойствами пленил когда-то молодого Кравчука, не имеющего за плечами никакой школы, никакого опыта. Но и в ранних, ещё не совершенных листах, и сейчас А. Кравчук раскрывается, прежде всего как художник акварелист. Он использует различные приёмы: лессировочное письмо, сухую акварель и «по-сырому». Постепенно, на протяжении многих лет овладел всеми особенностями.

Работа в акварели требует многих качеств от художника: твердости руки, умения чувствовать цветовую гамму листа целиком, ясности композиционного видения. Эти и многие другие особенности письма акварелью А. Кравчук изучал на собственном опыте и знает, сколько неудавшихся, на его собственный взгляд, листов не увидели даже близкие друзья.

Главной темой творчества Анатолия становится сибирский пейзаж. Его дарование – лирическое, для художника характерно умение опоэтизировать любой мотив. Сибирская природа сурова и монументальна, но в композициях Анатолия Кравчука она наполнена удивительной поэзией. Его листы сохраняют нежность и прозрачность акварели, несмотря на плотность, цветовую насыщенность («В низовьях Енисея», «Тёплый вечер», «Перед грозой»).

Художник много путешествовал по Сибири, хорошо знает особенности и характер разных её уголков. В его акварелях при их художественности, поэтичности образа всегда ощущается огромная работа на пленэре, даже если акварель выполнялась в мастерской. Множество подготовительных зарисовок, этюдов, позволяющих запечатлеть различные состояния в природе, в конечном итоге фокусируются в композициях, так радующих на выставках. Умение передать неповторимые особенности каждой местности ярко проявилось в работах «На Енисее», «Снег выпал», «Вечерние огни», «Зимний день», «Северный мотив», «Порог», «Лесная речка».

Восхождение художника не было стремительным. Кравчук работал не суетно, не стремясь каждую работу выставить на суд зрителей. Накапливая материал, учился. В 1972 году его листы были показаны на краевой художественной выставке. Это было первым признанием  в качестве художника края. Затем, практически на каждой выставке, появлялись его лирические задушевные акварели, через год листы Кравчука увидели омичи на региональной выставке молодых художников…   Творческая поездка в 1972 году по Енисею на Диксон стала первым по-настоящему серьёзным открытием Енисея, Севера, отдельной темой в творчестве.

Огромный заряд дала работа в доме творчества на Байкале (1985 г.). общение с художниками Сибири, ежедневные занятия на пленэре, дискуссии, совместные выставки и их горячие обсуждения… Творческая атмосфера окрыляла, создавала большой потенциал на год вперёд.

Ещё одна поездка по Енисею в 1991 году в составе всесоюзной творческой группы  стала для Анатолия настоящей школой. Общение с собратьями по искусству дало новый взлёт в работе: Енисею, его неохватным далям, его скалистым берегам, прибрежным городам и деревушкам посвящены уже десятки листов, многие из которых заслуживают самого серьёзного внимания. В них сочетается умение создать художественный образ с поэтическим мышлением, что свидетельствует, несомненно, о зрелости мастера. Листы «Енисейск», «Игарка», «Казачинский порог», «Сумерки», «Посёлок Караул», «Остров на Енисее», «В низовьях Енисея» несут глубокую образность, отличаются тщательно отработанными художественными средствами»

 

                 

                                В.А. Кудринский «Работал как одержимый»

                                                       (заслуженный художник России)

Анатолий Павлович оказался в Сибири во время службы в Советской Армии в 1961 году, а родился же в Донецкой области.   Сибирь покорила молодого человека навсегда, он остался строить и жить в Красноярске-45 (ныне – Зеленогорск), с ним связал свою жизнь и судьбу.

  К сожалению, большого, серьезного художественного образования он не получил, учился всего лишь заочно во Всесоюзном Доме народного творчества им. Крупской. Все азы изобразительного искусства постигал в основном сам, общался с художниками в Красноярске, посещал выставки художников, музеи. Много помогал ему Степан Федорович Туров, великолепный график, к сожалению, рано ушедший из жизни; Тойво Васильевич Ряннель, прекрасный живописец и акварелист, всегда приглашал Анатолия в мастерскую, давал советы, анализировал работы молодого художника. Там, в мастерской у Ряннеля, мы и познакомились.

       Анатолий Павлович всегда был скромнейшим человеком, больше слушал, смотрел, как работают другие. В 1972 году первая поездка по Енисею до Диксона очень многое дала как художнику и человеку, расширила диапазон в творчестве. Затем была работа на творческой даче на Байкале среди опытных художников из разных уголков страны, придавала уверенности в своих силах. Стремление работать еще больше.

     В 1991 году мы проводили по Енисею большую творческую акварельную группу, 28 художников из различных республик, она оказалась последней Всесоюзной. Я помог включить в эту группу и Анатолия Павловича, как же он был рад такой возможности поработать среди опытных мастеров акварели.

     Работал как одержимый, используя любую возможность написать хотя бы маленький этюд. Помню, на рассвете причалили к берегу в районе очень красивых островов «Кораблик» и «Барочка». Причалили не совсем так, как договаривались с капитаном, многие еще спали. И никто не обратил внимания, что Анатолий Павлович вышел вслед за капитаном на заросший кустарником берег. Капитан через несколько минут вернулся и не видел, как ушел на берег с этюдником А.П. Разобрались, что причалили не совсем так, как нам хотелось, капитан дал команду, и пароход перешел на новое место, на противоположный берег. Красотища! Все занялись делом, кто начал сразу писать этюды, кто уху варить (дело – к обеду). Собрались у костра в предвкушении осетровой и стерляжьей ухи – Кравчука нет.

     Кинулись искать, нигде нету. Шутка ли, на такой реке все может быть, а тут человека нет. Минут через 30-40 безуспешных поисков, смотрим, с противоположного берега идет рыбачья лодка и привозит нашего Анатолия Павловича. Все оказалось просто: раз пароход причалил, капитан вышел с ружьем на берег, все еще спят, Анатолий вышел с этюдником, отошел метров на 100 в сторону и сел писать этюд. Пароход тем временем отошел от берега и пошел к другому;  наш художник успокоился, дописал этюд, попросил местных рыбаков перевезти его к пароходу.

     Долго оправдывался и извинялся Анатолий Павлович за причиненное беспокойство.

      Иногда, когда у меня появлялась возможность поделиться с ним импортными материалами, особенно дефицитной акварельной бумагой, Анатолий Павлович через полгода привозил бумагу назад, даже не распакованную; извинялся, оправдывался, что ему еще рано работать на такой бумаге, обойдусь простой, я к ней привык, вот такой скромняга.

      Человек он был безотказный, дарил людям свои работы, а сколько выставок он сделал на ГРЭС-2, даже на проходной люди просили показать что-то новенькое. Очень много работ и акварелью, и маслом посвящены городу. В музее собралась внушительная коллекция работ Анатолия Павловича.

     Наибольших успехов художник добился в лирическом пейзаже, его любовь к Сибири, ее просторам, горам и тайге, рекам и озерам переполняет каждую работу художника.

       Наиболее запомнившиеся мне работы Анатолия Павловича как раз лирического плана: «Осень на Енисее», «Горный ручей», «Водопад», «Зимний сон», «Сумерки», «Заимка», «Северный поселок», «Казачинский порог», «Речка Терем», «Теплый вечер», «Порог».

        В городе его знали и любили, казалось, что вот, наконец,  и признание, и новая мастерская на берегу реки, в центре города, - живи, работай, радуйся жизни, радуй всех новыми работами. Но судьба распорядилась иначе. Накануне очередного юбилея Анатолия Павловича не стало. Светлая, светлая ему память».

 

                                                Р. И.  Иванова «Фирновец»

          Вряд ли можно сомневаться в том, что наше первое знакомство с Анатолием Павловичем могло состояться вне природы. И  естественно,  с первой встречи – приглашение на выставку. Так и завязалась  дружба.

        И в один из прекрасных дней  предложила Анатолию Павловичу пойти с нами в поход. Это был детский поход в Ергаки. Были с его   стороны  сомнения: «Смогу ли?».  Успокаивала,  что идут дети с нами, будем беречь, не  принуждать к бивочной работе. Тогда у нас в компании было 35 человек: самому старшему – 60 лет, а  самому младшему – 6 лет. После похода по  Саянам   А. П. Кравчук  сделал персональную выставку в кинотеатре «Мир». Были приглашены  туристы из клуба «Фирн» и  возникла идея сходить в большие горы, т.е.  на Тянь-Шань.

     Во всех путешествиях Анатолий Павлович очень много работал. Нет сомнения, что природа вдохновляла его. Столько было  написано этюдов,  думаю, немногие  он успел перенести на полотно или бумагу. И не секрет, что у многих «фирновцев» есть его работы. В наш клуб он приходил не как гость, а как   его  полноправный член.    И сейчас у нас  в  клубе  висит  подаренная им большая картина на всю стену. Горные пейзажи на фотографиях могли бы быть произведениями, будь с нами рядом Анатолий Павлович.    Мы чтим память о нём».

.

            Козлов С. А.     «Талант – особое свойство души»

      «С Анатолием Павловичем Кравчуком я познакомился в 1965 году на Красноярской ГРЭС-2.  Я тогда был только что назначен на должность начальника производственно-технического отдела  и был членом партийного бюро коллектива станции.

      На ГРЭС-2 я работал с сентября 1960 года дежурным инженером  (позднее должность стала называться – начальник смены станции).    После завершения пуска энергоблоков первой очереди ГРЭС-2 по инициативе сменного персонала котлотурбинного цеха, которую поддержали коллективы всех четырех сквозных вахт, а потом и ремонтный персонал всех цехов, началось самое настоящее движение за эстетическое оформление цехов ГРЭС-2. В энергетике Советского Союза тогда существовала единая схема раскраски технологического оборудования, трубопроводов, металлических форм, стен, даже служебных и производственных отметок и переходов.

       Коллектив нашей сквозной вахты № 2, которой я руководил, взял на себя окраску оборудования энергоблока № 2. По нашему примеру вахта № 1 взялась за энергоблок № 1, вахта № 3 – за энергоблок № 3, вахта № 4 – за энергоблок № 4.   И надо сказать, что внешний вид станции стал меняться на глазах.

      Вот в это время и появился в котлотурбинном цехе демобилизованный солдат – Кравчук Анатолий.   И практически сразу пришел к нам в партбюро с предложением, что надо не только раскрасить оборудование, но и выполнить хорошо оформленную наглядную агитацию, которая бы не только призывала, но и радовала глаз.  Анатолий попросил, чтобы ему отвели небольшое помещение, где бы он смог работать как художник.   Такое помещение вскоре  было подобрано в турбинном отделении по ряду «А». Первое время вместе с ним работали художники других цехов, а потом каждый цех постарался найти помещение для своего художника.  Позднее Анатолию Павловичу было предложено помещение бывшего магазина около столовой (за пределами территории станции).

Вот там Анатолий  познакомил меня со своими первыми художественными произведениями. Это были пейзажи, на которых я узнавал окрестности нашего города и ГРЭС-2, наш Кан.

     Откровенно говоря, я впервые тогда видел перед собой человека, который мог написать картину. Это глубоко поразило меня. С тех пор я относился к Анатолию Павловичу с глубоким уважением, как к человеку особого рода, как к человеку какого-то неведомого и таинственного мира, в котором живут талантливые люди».

 

Вы прочитали несколько воспоминаний из книги «След на земле» - об Анатолии Павловиче Кравчуке. Она была выпущена к 70-летию со дня рождения зеленогорского художника.  Остаётся   добавить, что издание  осуществлено при финансовой поддержке ОАО «ОГК-2» Красноярская ГРЭС-2» (директор Лыспак А.И.). Печаталась книга в типографии «Буква С», г. Красноярск,  2010 г. (редактор-консультант – А.П. Статейнов).

 

                        Материал подготовила Н.П. Гаврилова, заведующая музеем истории

                                                                                        города МБУ «ЗМВЦ»

Рейтинг: 0 Голосов: 0 1197 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!